Mais la musique vivra toujours

Милая, милая Лия Владимировна!..
Её глаза — вне зависимости от того, какой оттенок они имели на самом деле — напоминали мне оттаявшие апрельские небеса. Её ровный, проникновенный голос ни разу на моей памяти ни на кого не повышался — ни на лекциях, ни на практических занятиях, ни в беседах со студентами. Её кроткий взгляд был таков, что об него спотыкались самые отъявленные баламуты нашего курса.
В золотой плеяде педагогов, любовно собранной в стенах Горьковского театрального училища усилиями наших замечательных директоров Лиры Ивановны Смирновой и её преемницы Татьяны Васильевны Цыганковой, Лия Владимировна Виноградова занимала свое особое место. На её занятиях по нотной грамоте и музыкальной литературе студентам открывался смысл пушкинской строки: «Служенье муз не терпит суеты». Лия Владимировна никогда никуда не торопилась и при этом всё успевала. Когда она открывала дверь и входила в аудиторию, где её ждали ученики, казалось, что вместе с ней в пространство аудитории мягко и властно вторгается иной ритм существования, неспешно отбиваемый басами органа и симфонического оркестра. Я бы назвал его ритмом духовного созерцания.
Как она добивалась этого, я не знаю. Ведь мы занимались самыми предметными делами: сначала с самых азов постигали законы музыкальной гармонии, затем изучали виды инструментальных и вокальных произведений, а позже переходили к истории европейского музыкального творчества. Всё это сразу же закреплялось в практических занятиях: мы строили своими голосами музыкальные интервалы, пели каноном, пробовали многоголосие, с огромным удовольствием участвовали в бесконечных музыкальных викторинах, и в эти мгновения в маленькой аудитории на первом этаже словно открывался некий портал, соединявший наши души с великим миром гармонии, называемым Музыкой.
Я уверен, что мои однокурсники на всю свою жизнь запомнили одну песенку Моцарта, которую мы исполняли каноном на русском и французском языках под управлением Лии Владимировны:

Всё, всё на свете в свой час умрет,
И только музыка,
И только музыка,
И только музыка всегда живет.

Tout doit sur terre mourir un jour,
Mais la musique,
Mais la musique,
Mais la musique vivra toujours.

Память о светлом человеке, на мой взгляд, тоже превращается в музыку.

2018 г.

Фотография. Лия Владимировна Виноградова на занятиях у студентов второго курса драматического отделения.
За первой партой — студенты Рамил Ибрагимов и Миша Меркушин.
Горьковское театральное училище. 1979 г.

Добавить комментарий