Бахилы сними!

Больничная история.

Когда я вернулся в Казань после прохождения срочной службы в армии, а произошло это в 1987 году, мне понадобилась помощь стоматолога, ибо там, где я служил, было опасно обращаться к кадровому дантисту: женщина, которая принимала солдат в «зубном» кабинете нашей войсковой части, во время приема была немного неадекватна — она так волновалась, что иногда неожиданно теряла сознание и под её «бур» попадали не только больные, но и здоровые зубы.

Так что, вернувшись из армии домой, первым делом я отправился в стоматологическую поликлинику, к которой был «прикреплен» наш театр юного зрителя. Располагалась она в старинном двухэтажном здании на Театральной улице рядом с оперным театром. После осмотра меня направили к хирургу, и когда я вошел в хирургическую «приемную», где сидела группа пациентов, ожидавших приема, весь этот небольшой коллектив чуть ли не хором строго предупредил меня: «Бахилы надень!» Я оглянулся, в углу у двери лежала куча бахил. Я надел огромные бахилы с «завязочками» и сел в очередь. Очередь довольно быстро «двигалась», но вот что характерно: когда от хирурга на полусогнутых ногах выходил очередной «вылеченный» пациент и, добравшись до входной двери в «приемную», брался за дверную ручку, вся толпа ожидающих радостным хором орала: «Бахилы сними!» Несчастный «излеченец» вздрагивал всем телом, со слезами на глазах стаскивал с обуви бахилы, швырял их на пол и вырывался на свободу. Помню, тогда я сказал себе: «Когда я выйду из кабинета хирурга, как бы больно мне не было, я выйду спокойно, как ни в чем не бывало подойду ко входной двери, обернусь на ожидающих приема, лучезарно улыбнусь им и легким движением руки скину эти треклятые бахилы».

Тут меня вызвали к врачу. Принимал меня некто Антропов (эта фамилия легко запоминалась всеми советскими людьми того времени), мужик, кстати, довольно симпатичный и внушавший надежду на скорое избавление от мучений. Он посмотрел мне в рот, поковырялся там, вздохнул и сказал кому-то: «Корешки вытащить надо!» Я вздрогнул, а он спросил меня: «Лидокаин с собой принесли?» Я обомлел — в мое «до-армейское» время обезболивающее давалось в больнице бесплатно, да я и названия такого раньше не слышал: «А что это такое — лидокаин?» — «Понятно!.. Слушай! Ты — мужик?» — «Ну, в общем-то, мужик, конечно…» — «Вот и отлично! Сейчас тебе быстро и весело удалят корни, боль быстро пройдет, и ты так же быстро и весело пойдешь домой. Хорошо?» Я, еще ничего не понимая, кивнул. Антропов зычно призвал хрупкую девушку в очках: «Давай, практикантка!»

Мама моя! Что она со мной делала! Я стонал и даже выл, когда мне казалось, что девушка хочет вырвать мне всю десну. Когда у нее от моего нечленораздельного мата уже запотели очки, снова подошел Антропов. «Корни винтовые!» — оправдывалась практикантка. «Ну, брат, держись!» — сказал хирург, забрался ко мне в рот щипцами до самых кишок и рванул так, что я чуть было его не задушил, а не задушил только потому, что на мгновение потерял сознание, подобно нашей армейской стоматологине.

Ах, братцы! Как мне хотелось, извините за выражение, дать кому-нибудь по морде, когда мне сунули в нос нашатырь! Честное слово, я держался из последних сил, чтобы никого не ударить, потому что боль была такой, что унять её могло только какое-нибудь мордобитие.

Когда меня направили к выходу, я уткнулся взглядом в пол и, повторяя про себя одну фразу: «Не смотри ни на кого!», осторожно двинулся на волю. Ноги мои подгибались, словно я не успел добежать до сортира, кулаки чесались, но я, сохраняя зыбкое самообладание, доплелся до входной двери хирургической «приемной», взялся за ручку, и тут — мать ваша женщина! — услышал восторженный вопль ожидавших приема: «БАХИЛЫ СНИМИ!!!»

Ах, чёрт! Как мне хотелось дать им всем по мор-дам, по мор-дам, по мор-дам!!!

Я бежал по улице Ленина к Кремлю в надежде, что у Кремля нет людей, и я буду в безопасности от самого себя, дабы кого-нибудь не изувечить. Но стоило мне добраться до аллеи у крепостной стены, как меня тотчас же окликнули мои друзья-артисты Сережка и Роза: «Миша!!!»

И в этот момент наконец-то произошло то, что обещал мне волшебник Антропов: боль вдруг испарилась, как кошмарный сон, и я заплакал от счастья…

Казань. 9 января 2020 г.

Фотография заимствована с сайта Информационного агентства «Новомосковск сегодня».

Добавить комментарий